Он нажал пальцем куда-то в центр дельтовидной мышцы, и Женька почувствовал возвращение к жизни. Гао улыбнулся, направился к выходу.

— Мастер Гао, — спросил Женька, — откуда вы знаете русский язык?

Старик остановился в дверях, помолчал.

— Я тридцать лет работал наставником рукопашного боя на Лубянке, — ответил. — Но Дим-Мак я их не учил. Ты будешь не единственным, кто владеет этим стилем, но одним из очень немногих…

Мастера Гао убили 2 июля в 22.30, через полчаса после закрытия ресторана, когда он мыл пол в пустом зале. Его прошили очередью сквозь витринное стекло. Говорили, что это сделали кавказцы — конкуренты Кая. В 23 часа заканчивалось действие точки тянь-ляо — огонь, лето, Марс.

Теперь же, когда не стало Кима и Гао, и встреча восхода солнца зависела от него самого, Дим-Мак и тэквондо слились воедино, приближая Женьку к тайне богов, поведанной последним

Учителем. Теперь он знал, что имел в виду Гао, говоря: «Если свечу поставить между двумя зеркалами, никогда не разберешься, что в чем отражается».

Женька бежал по Измайловскому парку. Отточенное ритмизированное дыхание с акцентированным выдохом на каждом четвертом шаге позволяло бежать бесконечно, но на ежедневную, обязательную, как воздух, тренировку он отводил три часа: не в горах и не на берегу океана жил — в Москве, где охотой и рыбной ловлей не прокормишься.

Оставшееся до конца отпуска время он намеревался использовать для того, чтобы недавний рейс в Брянск (сопровождали колонну с цветметом) стал для него последним. Вот уже четыре месяца покоился в шкатулке диплом об окончании заочного юридического. Это да плюс десяток лет в органах и негосударственных охранных структурах давали право на большее, чем служба в рахимовской «охранке». Спасибо «Стрельцу» — помог выпутаться из долгов и даже обзавестись кооперативом и подержанной «шестеркой», но рвать нужно было немедленно и окончательно: вместе с жизненным комфортом приходило чужеродное ощущение сытости, Женька начинал чувствоватъ себя прикормленным волком.