- Ну? - сказал он.

Таков наш говорун Дольф.

- Нападение гулей.

- И?

Я пожала плечами:

- А гулей на этом кладбище нет.

Он смотрел на меня, тщательно сохраняя на лице беспристрастность. Это он умел отлично - стараться не влиять на своих людей.

- Ты только что сказала, что это нападение гулей.

- Да, но они пришли откуда-то из-за ограды кладбища.

- И что?

- Никогда не слыхала о гулях, которые могли бы так далеко уйти от своего кладбища.

Я глядела на него, пытаясь увидеть, понимает ли он, что я говорю.

- Расскажи-ка мне про гулей, Анита.

У него в руке уже был верный блокнот, а в другой - наставленное перо.

- Это кладбище - по-прежнему освященная земля. Гулями обычно заражены кладбища либо старые, либо такие, на которых выполнялись сатанинские или вудуистские обряды. Такие злые чары изнашивают освящение, и земля становится не святой. Когда это случается, гули либо приходят снаружи, либо встают из могил. Что именно - никто не знает.

- Постой, что значит - никто не знает?

- В принципе не знает.

- Объясни.

- Вампиров создают другие вампиры. Зомби поднимают из могил аниматоры или жрецы вуду. Гули, насколько нам известно, выползают из могил сами по себе. Есть теория, что гулями становятся злые люди. Я в это не верю. Одно время была теория, что гулем становится человек, укушенный сверхъестественным существом вампиром, оборотнем, кем угодно. Но я видела полностью опустевшие кладбища, где каждый труп был гулем. Невозможно, чтобы каждый из них при жизни был атакован сверхъестественной силой.

- Ладно, мы не знаем, откуда берутся гули. А что мы знаем?

- Гули, в отличие от зомби, не разлагаются. Они сохраняют форму, подобно вампирам. Они чуть разумнее животных, но только чуть. Они трусы и никогда не нападут на человека, если он не ранен и в сознании.