Он тогда знает Богоподобную цель и задачи своего существования и выполняет их с помощью своей евангельской жизни. Он знает, что человеческая сущность из этого мира через евангельские добродетели устремляется в Богоподобный мир, из этой жизни в Богоподобную жизнь, которая выше смерти, которая вечна. Человек, не верующий в Господа Иисуса Христа, в этот истинный свет, не знает, куда идет, не знает действительной цели и задачи своей жизни на земле, не видит и не знает истинной цели и задачи других людей, потому что не имеет истинного света, который единственный освещает все человеческие существа до глубины, до осуществления Божественной цели человеческого существования. Также и мир, который не верит в Господа, слеп и не знает, куда идет. Ради примера: зависть – это тьма. Человек кого-то ненавидит и считает ненавистным, потому что не видит в нем Божьего создания, не воспринимает его как “богоподобную сущность”, не находит пути в своей душе, потому что не имеет истинного света, который освещает сущность им ненавидимого брата и который показывает вечную и бессмертную сторону его.

В этой тьме, в этом неведении о человеке живут все те, кто представляет собрата как мертвую сущность, только как плоть, как порождение животного или как животное. И это восприятие является причиной ненависти к человеку, другими словами, является отрицанием небесного и божественного происхождения богоподобной души, в результате чего человек превращается в вонючий и изъеденный червями труп. Поэтому и Иоанн Богослов пишет: Глаголяй себе во свете быти, а брата своего ненавидяй, во тме есть доселе. (Кто говорит, что он во свете, а ненавидит брата своего, тот еще во тьме). Справедливость, единственная справедливость и истинная любовь к человеку состоит в том, чтобы считать и расценивать его как богоподобное и вечное создание, видеть в нем бессмертного и вечного брата не только на этом, но и на том свете. Только такая любовь знает истинного человека. Только такая любовь не соблазняет человека, как пишет святой Иоанн Богослов: Любяй брата своего, во свете пребывает, и соблазна в нем несть.