В первом смысле философия стремится к строгим определениям, во втором ― остается бесконечным вопрошанием... И всегда остается “посередине”: философия не знает ни своих “начал”, ни своих “концов”. Философия всегда как-бы руководствуется максимой Паскаля: “Величие человека в том, чтобы держаться середины”

Религия

Но не все в культуре и, тем более, в жизни исчерпывается “дневным сознанием”. Наука и философия выступают как-бы светлыми островками осмысленного, более или менее понятного, рационализованного в безбрежном океане жизни. Но жизнь не сводится только к понятному, в ней присутствует и таинственное, темное, в ней есть место тайне...

Как океан объемлет шар земной, Так наша жизнь кругом объята снами; Настанет ночь - и звучными волнами Стихия бьет о берег свой. (Ф.И.Тютчев) 

И эта “ночь”, это “ночное сознание” всегда с нами: и ночью, и днем... Есть сфера мистического, таинственного знания, есть таинственный опыт души: догадок, совпадений, озарений, промахов... Этот опыт всегда близок, хотя и непонятен нам до конца, трудно поддается рационализации. Мы знаем, что даже и наше ratio, наш разум также стремится “заглянуть” с сверхрациональное: Мировой Разум, Логос, Самосущее благо... Одной характерной чертой сфера мистического существования отличается от области рационального, будь то наука или философия. Последние преимущественно “работают”, осознают себя в условиях определенной логической границы между субъектом и объектом, между познающим началом (органом, способностью, методом) и познаваемым  ob-jectum ― об-ектом, “поставленным перед собой”. Мистика постоянно настаивает на разрушении субъект - объектной границы, на “прямом вхождении” в предмет... В мистическом познании познающее “я” и познаваемая “вещь” слиты: познание превращается в самопознание...



11 из 15