— Послушайте, мисс Уиллард, мы с вами незнакомы, — сказал я. — Чем я собираюсь заниматься или не собираюсь, это дело мое — и Гарриет.

— Не будьте занудой, — отозвалась она. — Если вы хоть что-то знаете о том, что здесь случилось, вам понятно, как я связана с этим делом. Несчастье с Эдом Броком произошло потому, что он работал на меня. Если вы найдете человека, напавшего на него, вы найдете и того, кто убил моего отца. Мне нужны ответы на оба эти вопроса. Я несу ответственность за Эда. Я не сую нос в то, что меня не касается.

Она говорила прямо и жестко: такая маленькая, такая сильная и одновременно такая очаровательно женственная.

— Я зануда, — согласился я. — Я знаю, насколько щедры и добры вы были к Гарриет.

— Добра! Я превратила ее жизнь в ад.

— Работа Эда заключалась в том, чтобы рисковать жизнью, — сказал я. — В этот раз у него не получилось. Печально, но это профессиональный риск. Вам не следует винить себя. Теперь отвечу на ваш первый вопрос: можно ли помочь Гарриет и хотя бы немного успокоить ее, не найдя того, кто убил вашего отца и пытался убить Эда. Разумеется, я приложу все усилия, чтобы найти убийцу. И между прочим, я хочу добраться до типа, который изуродовал мой автомобиль.

Она хитро улыбнулась:

— Вы любите свою машину, мистер Геррик?

— Страстно. И столь же страстно я не люблю людей, которые стараются меня запугать.

— Вы думаете, это оно и было — с пластинкой и машиной?

— Едва ли это можно счесть торжественной встречей, — съязвил я.

Пенни подошла к столику с красками около мольберта и взяла сигарету.

— Ответьте мне вот что. Если бы я заявила во всеуслышание, что я не намерена больше выяснять правду о моем отце, а вы увезли отсюда Броков, на этом все закончилось бы, мистер Геррик?

— Честный вопрос, и я дам на него честный ответ, — сказал я. — Возможно, да.

Она повернулась ко мне, щурясь от сигаретного дыма:

— Я готова поступить так, если вы мне скажете.