Религия – это прежде всего вера, то есть смирение, доверие, зависимость, послушание, простота и детская непосредственность. Но в религии научная уверенность, безусловно, вызовет гордость вместо смирения, интеллектуализм вместо простоты сердца и самовозвышение вместо уподобления детям. Знание надмевает, а любовь назидает. Поэтому мы не должны жаловаться, но быть благодарными, что, кроме научной, есть еще и другая форма уверенности, а именно – уверенность веры, которая зависит не от ненадежного человеческого понимания, а от неизменного божественного авторитета.

Если бы каждый принял такой божественный авторитет в религии и не возникало сомнений относительно того, где и как его найти, тогда никто бы не мог отрицать как ненадежные и сомнительные те знания, которые приобретены верой от такого надежного свидетельства. Безусловно, никто не возражает, что значительная часть наших знаний основывается на свидетельствах других людей и поэтому может быть приобретена только путем веры. Веру можно представить даже в более широком смысле – сюда входит и наше доверие свидетельствам нашего собственного сознания. Тогда только на основании веры мы можем быть уверены в предположениях и принципах науки в целом и ее отдельных сфер. То, что мы можем доверять чувственному восприятию, что внешний мир действительно существует, что законы мысли соответствуют законам бытия, что так называемые аксиомы могут считаться твердым основанием для всех знаний – эти и много других постулатов не могут быть доказаны, но установлены непосредственным свидетельством нашего сознания еще раньше всех доказательств. Если кто-то отказывается основываться на этих постулатах, тогда он создает себе препятствия на пути к истине и становится жертвой сомнения.

Но и в более узком и точном смысле слова вера как доверие свидетельству других играет важную роль в науке.