Поклонники удовольствий и сладострастия, как и люди искусства и ученые, часто прячут свою вечно недовольную обеспокоенность под маской безразличия. С помощью удовольствий и работы они пытаются отвлечься от беспокойства в своей душе. Все это – способы убежать от пустоты их существования и от обвиняющего голоса совести; словом, способы убежать от себя. Блез Паскаль (1623-1662) был прав, когда сказал, что вся деятельность, все развлечения и удовольствия, которым предаются люди, «происходит только от того, что они не умеют спокойно сидеть в своей комнате».

Уверенность в нехристианских религиях

Как бы нам не хотелось, мы не можем проанализировать и дать оценку другим религиям с этой точки зрения. Разве что кратко. Один феномен действительно заслуживает нашего внимания. Уверенность, касающаяся состояния человека и его будущего, присуща не только христианству; она встречается и в других религиях. Главным выражением языческих религий был робкий, тревожный страх (religio, deisidaimonia). Вне искупления в Иисусе Христе все люди живут в страхе смерти, в рабстве, без Бога и без надежды. Тем не менее, языческий мир порождает не только голоса страха, но также доверия и покоя.

У всех религий есть свои священные мученики, засвидетельствовавшие кровью свою веру. Один из самых известных примеров – Сократ (469-399 гг. до н.э.). В 399 г. в Афинах его обвинили в том, что он «не признает богов, признаваемых государством, а вводит другие, новые божества; виновен также в том, что развращает молодежь». Свою защитную речь Сократ построил вокруг того, что всю свою жизнь он видел как служение богу. Если судьи желают помиловать его при условии, что он оставит философию – то он должен будет отказаться, выбирая повиновение Богу, а не человеку. Он боялся не смерти, а нечестивых и неправедных поступков. Поэтому он шел на смерть уверенно, зная, что он идет к богам и освободится от всех проблем земной жизни. С невозмутимым спокойствием он выпил цикуту и умер как мученик за свою веру.