Если же вы усмотрите, что согрешения ваши таковы, что они не только против Бога, но и против ближних ваших, то должны примириться с ними, будучи готовы, по крайней возможности вашей, вознаградить и удовлетворить за все обиды и зло, которые вы кому-либо причинили, и будучи также сами готовы простить всем тем, которые вас обидели, так как вы сами желали получить от руки Божьей прощение в своих прегрешениях; ибо, иначе, восприятие Святого Приобщения ничего иного не производит, как только усугубление осуждения вашего. Поэтому, если кто из вас богохульник, претитель, или ругатель Его Слова, прелюбодей, или пребывает в лукавстве, или зависти, или в каком-либо другом важном преступлении, то да раскается он в своих грехах, иначе да не приступает к Святой Вечери, чтобы, по восприятии Святого Таинства сего, дьявол не вошел в него, как он вошел в Иуду, и не преисполнил его, всеми неправдами, и не привел бы его к погублению и тела, и души".

7. Мне дозволено было, и это происходило в духовном мире, вопрошать некоторых Английских Пресвитеров, исповедовавших и проповедовавших нагую веру, о том - веровали ли они, когда в храмах читали эту речь, в которой о вере не упоминается, тому, что действительно, когда они делают злое и не творят покаяния, дьявол входит в них, как в Иуду, и губит их тело, и душу их? Они говорили, что в том состоянии, в котором находились когда читали эту речь, они ничего иного не знали и не помышляли, как только то, что в этом состоит сама религия; но что, когда составляли и выправляли свои речи или проповеди, то не так думали, потому что о вере думали, что она есть единственное средство спасения, а о добре жизни (ву ищтщ мшефу), что оно есть постороннее нравственное прибавление, для блага общего допущенное. Со всем тем, они убедились в том, что и их общее понятие было то, что кто хорошо живет, спасен бывает, а кто худо живет, бывает осужден, и в том, что это чувство в них бывает тогда, когда они не находятся в собственном (шт зкщзкшщ) своем.