- Фриско не годится, шеф. Там я погладил шейку одной ляльке. А она возьми да и задохнись. Фриско не годится.

- Ты что-то задумал, Раф. По глазам вижу.- Он потер свой огромный красный нос и откинул волосы со лба.- Но успокойся. Я сам тобой займусь. Подгони машину. Мы все обмозгуем по дороге на вокзал.

Негр поморгал, лапой смахнул пепел сигары с подбородка.

Вальтц закончил:

- А тот большой, блестящий револьвер лучше оставь здесь. Ему нужно отдохнуть.

Раф вытянул из заднего кармана брюк револьвер и толкнул его по столу к Вальтцу. В глубине его темных глаз таилась усмешка.

- Конечно, шеф, о чем речь!

Он перешел комнату и исчез за дверью. Вальтц встал и подошел к стенному шкафу. Надел легкий плащ, темную бархатную шляпу и черные перчатки. В левый карман плаща он сунул свой саваж, в правый - револьвер негра. Он вышел из комнаты и направился в ту сторону, откуда слышалась музыка.

В конце коридора он чуть-чуть раздвинул портьеры. Оркестр играл вальс. Клиенты плясали, все было спокойно. Вальтц вздохнул, еще некоторое время смотрел на танцующие пары, после чего опустил портьеры.

Он вернулся, прошел мимо кабинета, подошел к дверям в самом конце коридора.

Вальтц осторожно прикрыл за собой двери и постоял в темноте у стены. Скоро он услышал шум мотора, работающего на холостом ходу. Улочка с одной стороны кончалась тупиком, другой стороной под прямым углом выходила в тыл здания. Огни Центральной Авеню отражались от кирпичной стены в конце аллейки, сразу же за стоящим автомобилем - маленьким седаном, который даже в темноте казался темным и грязным.

Вальтц сунул руку в карман, вытащил револьвер Рафа и, пряча его в складках плаща, бесшумно пошел к машине. Он подошел к правой дверце, открыл ее и наклонился, чтобы влезть.

Из машины высунулись две огромные лапы и схватили его за горло. Жесткие руки, наделенные нечеловеческой силой. Изо рта Вальтца вырвался хрип, с повернутой назад головы смотрели в темное небо вытаращенные глаза.