Он закрыл сумочку и подал ее девушке.

- Прошу прощения,- сказал он.- Я испугал вас. Она со свистом вздохнула, вырвала у него из рук сумочку и исчезла.

Повар проводил ее взглядом.

- Что-то не смотрится здесь эта куколка,- сказал он медленно.

Он положил яичницу и гренки на тарелку, налил кофе в чашку и поставил все перед Энглихом.

Полицейский взял гренку и продолжил его мысль:

- Мало того, что одна, так еще спички из "Югернаута". Это ведь кабак Вальтца Элегантного. Сам знаешь, что бывает с девушками, которые попадают ему в руки.

Повар достал бутылку, налил себе рюмку, долил виски водой и спрятал обратно. Выпив, он сказал:

- Я никогда не забавлялся игрой в гангстеров и сейчас нет такого желания, но такие белые, как он, всем здесь осточертели. В конце концов кто-нибудь его кокнет.

Пит Энглих пнул ногой чемоданчик, сказал:

- Наверное. Оставь это у себя, пожалуйста, Монси,- и вышел.

Был свежий, весенний вечер. Изредка проезжали машины. Тротуары были безлюдны.

Энглих перешел улицу. Через три квартала он снова увидел девушку. Она без движения стояла, облокотившись на стену. В слабом свете фонаря видны были шляпка, поношенный жакет. Пит узнал знакомую из бара.

Он спрятался в подворотню и стал наблюдать за ней. Где-то неподалеку часы пробили восемь.

Внезапно улицу залил сноп света. Из-за угла показался огромный лимузин; водитель притушил фары. Автомобиль двигался бесшумно - темные стекла и блестящая лаковая поверхность посверкивали.

Энглих иронически усмехнулся, не выходя из укрытия. Сработанный на заказ дайзенберг за шесть кварталов от Центральной Авеню! Вдруг он застыл, услышав быстрые шаги и цокот каблучков.

Девушка бежала по тротуару в его сторону. Свет фар был еще далеко и не достиг девушки. Пит высунулся из подворотни и схватил ее за руку. Одновременно он вытащил револьвер из-под пиджака. Девушка тяжело дышала рядом.