– Он меня душил, – возразил Вальтц, после некоторой паузы. – Я сделал это в целях самообороны.

– Конечно. У нас у обоих болит шея.

– Чего ты хочешь, Пит?

– Ты хотел впутать меня в убийство девушки. Вальтц вдруг рассмеялся, будто тронулся рассудком.

– Я не прощаю тех, кто становится у меня на пути, Пит. Ты должен об этом знать.

Энглих подошел к Вальтцу и ткнул его револьвером в живот.

– Раф мертв, – проговорил он тихо. – Это очень удобно. А где девушка?

– А какое тебе дело?

– Не изображай из себя идиота. Ты пробовал пощипать Видаури. Я влип в это дело из-за Токен. Теперь мне нужно знать все до конца.

Вальтц стоял молча, с кольтом у живота. Наконец буркнул:

– Ну, ладно. Сколько ты хочешь, чтобы держать язык за зубами... раз и навсегда.

– Две сотни. Раф свистнул у меня бумажник.

– Я что буду с этого иметь? – спросил Вальтц Элегантный.

– Ничего. Девушка мне тоже нужна.

– Пять сотен, – сказал ласково Вальтц. – Но девушку ты не получишь. Для шпика с Центральной Авеню пять сотен – куча денег. И не придумывай ничего больше, бери деньги и забудь об этом деле.

Кольт оторвался от его живота. Пит Энглих обошел Вальтца, обыскал его, отобрал саваж и махнул левой рукой.

– Идет, – сказал он примирительно. – Что значит девица для друзей? Выкладывай деньги.

– Они у меня в конторе. Энглих коротко рассмеялся:

– Вальтц, только без этих твоих штучек! Веди!

Они прошли по коридору. В отдалении оркестр играл что-то из Дюка Эллингтона. Вальтц открыл кабинет, включил свет и сел за стол.

Не спуская с него глаз, Пит Энглих закрыл дверь кабинета на ключ. Потом подошел к шкафу, заглянул внутрь и за спиной Вальтца подошел к занавескам. Кольт он все время держал наготове.

Он вернулся к столу, когда Вальтц отодвигал от себя пачки денег.

Энглих пересчитал их и наклонился над столом.