По Благословению митрополита Ташкентского и Среднеазиатского Владимира

– Лёша! Вытри Кирюше попу и подлей нам горячей водички в ванночку! Маша, не бери в рот шампунь! Лёша, возьми шампунь у Маши! Стёпа, не пугай Леночку лягушкой! Лёша, выпусти лягушку обратно в лужу! Стёпа, вымой руки после лягушки, а то будут бородавки! Лёша, зачерпни ему мыльной пены из Юлечкиной ванны и полей из ковшика во дворе! Леночка! Не плачь, лягушки добрые, они даже царевнами бывают, я вам вечером почитаю! Юля, не нужно кидать в Кирюшу мочалкой, я его уже вымыла! Кирюша, подай мне, пожалуйста, эту мочалку! Не плачь, сейчас папа промоет тебе глазик от пены! Лёша!!!

Всё! Поставлю матери Евлампии памятник высотой с Останкинскую телебашню, когда она вернётся из своего Старого Оскола с похорон двоюродной сестры!

Как она – одна! – «ты, Ирочка, отдохни, иди в гамачке полежи, тебе здоровье беречь надо, я сама сейчас быстренько управлюсь» – умудрялась перемыть в деревенских условиях нашу «зондер-команду», не повысив голоса ни на полтона?!

– Ира! Иду на помощь! Кирилл! Подставь глаз. Не реви, будь мужчиной! Сейчас мама домоет Юлю, и мы с тобой на рыбалку пойдём! И Степана с собой возьмём, если он не будет сестру лягушками пугать! Не будешь, Степан? Проси прощения у сестры!

– Папа, я побежал червяков копать! Ленка, прости меня, Христа ради, окаянного! Папа! А что такое «окаянный»?

– Отверженный, Богом оставленный. Ты не окаянный, ты – просто разбойник!

– Ленка, прости меня, Христа ради, разбойника! Папа! Червяков на «кампосте» копать, или за навозом у тёти Гали?

– Копай на компосте!

– Стёпка! Я тебя, разбойника, за Христа простила! Папа, а меня с собой возьмёте?

– Возьмём, только, чур – лягушек не бояться! И котёнка больше в бочке не топить!