Маркион был крупнейшим еретиком второго столетия, который сформировал свою собственную особенную смесь гностицизма и христианства. Тертуллиан очень критически относился к 'греческой философии, считая ее родоначальницей ереси. Он подчеркивал парадоксальную природу веры и контраст между христианством и философией. Но, в отличие от Иустина и ранних апологетов, акцент он делает на другое. Не стоит превратно понимать риторику Тертуллиана. Он мог обращаться к элементам греческой философии, сходным с христианскими, как делали и другие апологеты. Его долг по отношению к философии и в частности к стоицизму был гораздо больше, чем он себе это представлял. Не нужно воспринимать буквально его размышления об абсурдности верования. Тертуллиан всю жизнь старался показать последовательность своих убеждений и непоследовательность своих оппонентов.

Поскольку они - еретики, то не могут быть истинными христианами... Таким образом, не будучи христианами, они не имеют права на христианские Писания. Мы можем беспристрастно спросить их: Кто вы? Когда и откуда вы появились? Если вы не мои, что вы делаете с моей собственностью? Маркион, какое право ты имеешь срубать мои леса? По чьему позволению ты, Валентин, отводишь в сторону струи моего фонтана? Какой силой, Апелъ, ты сдвигаешь мои вехи? Это мое имущество... Я наследник Апостолов. "Предписания еретикам" 37 Он (Павел), будучи в Афинах, встречался с афинскими философами и познакомился с той человеческой мудростью, которая претендует на знание истины. В сущности же, эта мудрость только испортила истину и раскололась на множество ересей, принявших форму многочисленных, настроенных враждебно друг к другу сект. А что общего у Афин с Иерусалимом? О каком согласии между Академией и Церковью идет речь? Что общего у еретиков с христианами ? Наше учение исходит с портика Соломона, который сам учил, что Господа нужно искать в простоте сердечной. Долой все попытки создать стоическое, диалектическое христианство или христианство Платона. Мы больше не хотим изысканных спо-ров, после того как обрели Иисуса Христа, никаких умозрений - после наслаждения Евангелием. Имея нашу веру, мы больше не желаем никакой другой. Ибо это есть наша иавнейшая вера, так как нет ничего более, во что бы мы еще поверили. "Предписания еретикам" 7