— «Звезды-то никуда не денутся, это внимание уйдет в другое место. Хотим мы или не хотим, но мы все равно, по факту живем в масштабе звезд, в масштабе Вселенной, в масштабе Вечности. Если все время осознавать это, — не только здесь, но и в городе, — понимаешь, — в трамвае, на работе, на кухне…, то это будет совершенно особая жизнь, — жизнь, в которой, как ты и сказала, вообще невозможна фальшь, неискренность, корысть, подлость… Ведь если ты все время воспринимаешь себя на фоне Вечности, то и каждый свой поступок ты с Вечностью соотносишь. Но это очень и очень сложно. Хотя, повторяю, — по факту мы ведь в масштабе Вечности живем. Но, так как жить так очень уж для человека непривычно, то удобнее забыть об этом и сузить свое сознание, свое внимание до масштаба бумажника или больной головы, и тогда соотносить свои поступки, свою жизнь уже с этими ориентирами. Вот такие, совершенно разные способы жить…

К сожалению, подавляющее большинство людей выбирает второй способ, а многие даже и не догадываются, что может быть что-то иное. Но то время, в которое мы с тобой живем, диктует необходимость осознать как можно большему количеству людей, что живут они в масштабе Вселенной. Необходимость жизненную…»

Давай и мы с тобой, уважаемый читатель, приобщимся к масштабу, хоть сколько-нибудь большему, чем повседневность. Приобщимся, прикоснувшись к романтике и реалиям духовного поиска…

«…Почему же вы не имеете смелости действительно сделать себя единственным средоточием и центром всего?

Почему вы только вздыхаете по свободе, по мечте вашей?

Разве вы — ваша мечта?

Не вопрошайте ваши грезы, ваши представления, ваши мысли, ибо все это — пустое…

Спрашивайте себя и спрашивайте о себе — в этом практика. Но вот один прислушивается к тому, что на это скажет его Бог, другой справляется, что говорит об этом его нравственное чувство, его совесть, а третий думает о том, что скажут об этом люди, и, таким образом, каждый, посоветовавшись со своим господом-богом, начинает подчиняться воле своего владыки и перестает прислушиваться к тому, что он сказал бы и решил бы сам…»