Это есть основной факт церковной жизни первоначальной эпохи, но из этого факта неправильно было бы сделать заключение, что служение в Церкви исчерпывалось общим для всех священническим служением. Это было служением Церкви. Другим фактом жизни первоначальной церкви было разнообразие служений. Тот же Дух, которым все крестились в одно тело и которым все напоены, разделяет дары каждому особо «на пользу σιμφερον » (I Кор. 12,7) для действования и служения внутри Церкви. «И Он поставил одних апостолами, других учителями, иных евангелистами, иных пастырями к совершению святых, на дело служения, для созидания тела Христова» (Еф. 4,11–12) 

Разнообразие служений не нарушает единства природы членов Церкви. Их онтологическое единство между собою вытекает из их единства «во Христе». По своей природе все члены одинаковы, т. к. у всех один и тот же Дух. «Дары различны, но Дух один и тот же…» (I Кор. 12,4). По своей природе никто не может, ставить себя выше других в Церкви, а тем более выше Церкви, или претендовать особым образом выражать Церковь. Ни апостолы, ни пророки, ни учители не составляют сами по себе, или все вместе, или каждый в отдельности, Церковь, И те, и другие, и третьи только члены Церкви, а не вся Церковь, а потому не могут существовать без остальных членов, т. к. наче они не могли бы выполнять тех функций, для которых они поставлены Богом. Различие между лицами, имеющими особые служения, и между теми, кто этих служений не имеет, не онтологическое, а функциональное.

Это различие перешло бы в онтологическое, если бы в Церкви не существовало общего для всех ее членов священнического служения. Тогда бы оказалось, что только одна часть членов Церкви имеет в ней служения, а большая часть не имела бы ни какого служения. Это означало бы, что большая часть членов оставалась бы без даров Духа, т. к. Дух в Церкви дается для действия в ней. В благодатном организме Церкви оказались бы безблагодатные члены.