23,15) — сами неофиты не считались во всем истинными членами Израиля, а только их потомки. В Новом Завете принадлежность к Церкви определяется духовным рождением: «истинно говорю тебе: если кто не родится от воды и Духа, не может войти в царствие Божие» (Ин. 3,5). Начиная с первой апостольской проповеди в день Пятидесятницы, таинство крещения, как крещения Духом и водою, без которого невозможно спасение, является единственным способов вступления в Церковь.

Древняя церковь знала так называемое крещение кровью — «baptisma sanguinis», — но это было исключение из общего правила, вызванное особо–трагическими временами в жизни Церкви: во время гонения и перед лицом неминуемой смерти. Но и это исключение обуславливалось содержанием догматического учения о крещении, как аналогии смерти. Поэтому, если гонимый и пострадавший (martu$), заявивший себя христианином в момент страдания, оставался в живых, то крещение кровью соответственно восполнялось. Другими словами, крещение кровью заменяло таинство крещения только во время гонения и перед самой смертью — «если он (оглашенный) потерпит насилие и будет убит до крещения, он будет оправдан, будучи крещен в своей собственной крови» 

В крещении человек, умирая для прежней жизни, духовно рождается черезДуха, как новая тварь, для новой жизни в Церкви. Жизнь в Церкви есть служение Богу через Церковь и в Церкви. «Приемля царство неколебимое, будем хранить благодать, которою будем служить (latreuwmen) благоугодно Богу, с благоговением и страхом» (Евр. 2,28). В крещении мы принимаем благодать для служения (laitreia), которое для автора послания к Евреям есть священническое служение 

Как обрезание в Ветхом Завете, крещение водою и Духом есть знак принадлежности к народу Божьему, который сделан Богом «святым священством» (1 Пе. 2,5) в Церкви. «Обрезание — мы служащие Богу Духом (oi Pneumati Qeou latreuonte$) и хвалящиеся Христом Иисусом» (Фил. 3,3). «Laitreia» принадлежит народу Божьему, а через него принадлежит каждом члену.