Будда не отрицает счастья в жизни, говоря, что в ней есть страдание. Напротив, он признает разные виды счастья, как материального, так и духовного, для мирян, равно как и для монахов. В Ангуттара-никая, одном из пяти первичных сборников на языке пали, содержащих беседы Будды, есть список счастий (сукхани), таких как счастье семейной жизни и счастье жизни отшельником, счастье чувственных удовольствий и счастье отречения, счастье привязанности и счастье непривязанности, телесное счастье и счастье духовное и т.д. Но все они включены в дуккха. Даже самые чистые духовные состояния дхьяна (сосредоточенности или отрешенности, транса), достигаемые практикой высшего созерцания, свободные даже от тени страдания в обычном смысле слова, состояния, которые могут быть описаны, как счастье без всяких примесей, равно как состояние дхьяна, которое свободно как от приятных (сукха), так и неприятных (дуккха) ощущений, и которое является лишь чистой невозмутимостью и осознаванием, - даже эти очень высокие духовные состояния включаются в дуккха. В одной из сутт из Мадджхима-никая (также одном из пяти первичных сборников) после восхваления духовного счастья этих дхьяна, Будда говорит, что они "непостоянны, дуккха и подвержены изменениям" (аничча дуккха випаринамадхамма). Заметим, что непосредственно использовано слово дуккха. Это является дуккха не потому, что там есть "страдание" в обычно) смысле слова, но поскольку "все, что непостоянно, есть дуккха" (яд аниччам там дуккхам).
Будда был реалистичен и объективен. Он говорит, по отношению к жизни и наслаждению чувственными удовольствиями, что следует ясно понимать три вещи: 1) привлекательность или наслаждение (ассада), 2) плохие последствия или опасность или неудовлетворенность (адинава), и 3) свобода или избавление (ниссарана).