Я-то полагаю, что, верно, была такая Черная книга, но что это за книга - в подробности сказать невозможно. Из старины нашей московской кое-что про чернокнижие мы наслышаны. Стоглавым собором были отвергнуты черные книги, счетом восемь: Рафли, Шестокрыл, Воронограй, Остромий, Зодей, Альманах, Звездочетьи и Аристотелевы Врата; и сказано было: от царя быть в немилости, а от Церкви отвержену. Некоторые из тех книг и до нас дошли, читал и я кой-что из отверженных книг, старинные травники и лечебники, к чернокнижию сопричисленные, да все это не то - не Черная это книга, а забавного много: про орлов камень, что в гнезде орла находят, - чудеса творит, про змеин жир, про траву-трехлистник, про царь-траву Симтарим, что о шести листах: первый синь, другой червлен, третий желт, четвертый багров, а брать надо вечером на Иванов день, сквозь золотую гривну или серебряну, а под корнем той травы зарыт мертвец, и трава та выросла у него из ребер. Что ухмыляетесь, не верите старым словам? Там еще много чего есть. Как от двора своего беса отогнать: сжечь совиные кости и тем дымом храмину свою кадить и двор курить, и исчезнет бес. Не пробовали? А вы попробуйте, чем смеяться-то...

Но Черная-то книга подлинная, она о другом - о власти над миром, потому тут и тайна наивысшая. Одно слово - Черная книга! За нее по тем временам - сразу на костер. Боялись смертно. Передавали из рук в руки под страшной опаской. И вот, может, довели на кого: Брюс это был или еще кто - он возьми и спрячь книгу в кладку, когда Сухарева башня строилась. Ну а потом пошла молва и превратила в легенду. Что, неподобно? Хотите верьте, хотите нет.

Человек я московский, коренной, а мы, московские, все на язык бойкие, краснобайские, для красного словца не жаль ни матки, ни отца. Москва, она пули лить любит, такое зальет - не веря поверишь. Да еще чаевники мы, водохлебы, а почему не раскрыться за чайком в трактире, коли люди слушают? Вас потешил и сам внакладе не остался. Спасибо за компанию. Счастливо оставаться.