Прежде чем рассматривать подобные темы, нам необходимо избавиться от привычек бессмысленной морали, как последствия того, что мы не хотим признать историю как госпожу буйную, а иногда и страшную. Исходя, из реальной точки зрения, к которой мы должны вернуться, безусловно, надо осудить ошибки и жестокость (независимо от их происхождения) однако не злословить при этом, принимая появление европейцев в Америке и их поселения на этих землях для создания нового общества, как событие ужасное уже само по себе.

История показывает непрактичность такого хорошего совета, как «каждый должен оставаться на своей земле и не вторгаться на чужую». Это невозможно не только потому, что отвергается возможность всякого динамизма в общественных изменениях, но и потому, что вся цивилизация является плодом ассимиляции, а процесс этот никогда не оставался статичным. Даже не проводя анализ Святого Писания, можно заметить, что земля, которую Бог обещал евреям, также не принадлежала им, а была отнята у других. «Добродетели, отрекающиеся от конкистадоров

Часто умалчивается тот факт, что невероятные победы маленького отряда испанцев над тысячами воинов вовсе не являлись результатом вооружения аркебузами, изрыгающими огненную смерть, небольшим количеством пушек (которые на самом деле были бесполезны, так как сырой климат нейтрализовал порох) и несколькими лошадьми, которые даже не могли развернуться в джунглях.

Невероятной быстроте и успеху завоевания во многом способствовали местные жители, притесненные инками и ацтеками. Поэтому во многих местах испанцев встречали не как завоевателей, а как освободителей. Пусть историки теперь попытаются объяснить, как могло оказаться, что на протяжении трех веков испанского господства, не было вооруженных выступлений против новой власти, численность которой была небольшой, и малейшее восстание могло бы ее свергнуть. Представления о вторжении в Южную Америку, существовавшие до сих пор, исчезают при столкновении с цифрами: с 1509 по 1559 год, в период завоевания территорий от Флориды до пролива Магеллана, каждый год прибывало в Западную Индию более пятисот испанцев, что на протяжении полувека составляет 27787 человек.