— Понятно. Миссис…

— Вы из полиции? А у вас есть шокер? — Пит с любопытством покосился на Еву. Теперь, когда мама вернулась и его привычному миру ничто не угрожало, в нем пробудился интерес.

— Не перебивай взрослых, — строго сказала сыну Кароли.

— Миссис Гроган, — снова начала Ева, но при этом отогнула полу жакета и показала кобуру. Мальчик ответил ей благодарной улыбкой. — Вы можете мне рассказать, что случилось, когда вы с сыном пошли в туалет?

— Вообще-то мы собирались купить чего-нибудь прохладительного, но Пит попросился в туалет, и мы туда завернули по дороге. Я ему велела никуда не уходить, ждать прямо на месте, если он первым выйдет.

— Но, мам…

— Мы об этом позже поговорим, — оборвала сына Кароли, и мальчик съежился на скамейке.

— А потом? — подсказала Ева.

— Потом я выждала минутку, убедилась, что Пит вошел в уборную, а сама я… — Ее лицо вдруг лишилось всякого выражения. — Как странно, — Кароли растерянно улыбнулась. — Я не вполне уверена. Должно быть, я ударилась головой. Может, я поскользнулась?

— В туалетной комнате?

— Я… Это ужасно глупо, но я не помню.

— Не помните, как стукнулись головой, или не помните, как вошли в туалетную комнату?

— Ни того ни другого, — призналась Кароли. — Должно быть, я и впрямь здорово приложилась. — Она ощупала пальцами шишку и поморщилась. — Мне не помешала бы таблетка.

— Я не хочу давать тебе болеутоляющее, пока не осмотрю как следует, — сказал Стив.

— Ладно, ты доктор, тебе виднее.

Ева вспомнила одно дело, которое расследовала не так давно. Там тоже речь шла о потере памяти. Или о ее похищении.

— Сильно болит голова? — спросила она.

— Где-то между «паршиво» и «хреново».

— Если вы пытаетесь вспомнить, боль усиливается?