Фантомас захохотал, громилы же лишь украдкой бросали взгляд в его сторону.
Неужели все так и было, как рассказывал Фантомас?
Неужто произошло так, как он сказал, – Жюв, арестовав Рикаров, попал в ловушку? Может ли так быть, чтобы после разоблачения фальшивого дядюшки Барабана полицейский исключительного нюха попал в капкан, расставленный их грозным хозяином?
Горелка робко спросил:
– И что, шеф, ты собираешься пристукнуть его?
Фантомас пожал плечами.
– Жюв приговорен к смерти, – прошептал он медленно, – с тех пор, как я вынес ему приговор, прошло уже немало времени. Теперь я просто собираюсь привести приговор в исполнение.
Медленно, необычайно медленно, негромким голосом, который, тем не менее, отозвался странным звуком над ночной рекой, покрытой мрачным туманом, Фантомас обронил фатальные слова:
– Жюв находится в Бордо, ибо я хотел, чтобы он ехал в Бордо. Он арестовал Рикаров, ибо я хотел, чтобы он их арестовал. Он умрет, ибо я хочу, чтобы он умер!
Затем он внезапно переменился и захохотал тем сардоническим смехом, от жутких ноток которого стыла кровь в жилах.
– Но дело вовсе не в этом, – продолжал он. – Смерть Жюва, по существу, мелочь, которая интересует лишь меня самого. Поговорили об этом, и довольно! Я пришел сюда с тем, чтобы предложить вам работу.
Фантомас сделал паузу, а затем продолжил:
– Я говорю вам о крови, я обещаю вам золота…
В этот самый миг страшный удар потряс челноки.