– Его установили?

– Да, – кивнул замдиректора, – хотя это было непросто и потребовало много времени. Вахид Елхоев ведь был простым исполнителем, и все контакты с эмиссаром МАБМ поддерживал Лечи Абдарханов, которого ты, Логинов, ликвидировал…

Виктор почувствовал в словах замдиректора невысказанный укор и не сдержался:

– Извините, конечно, товарищ генерал, но если бы я его не ликвидировал, то рынок «седьмой километр» под Одессой превратился бы в братскую могилу…

– Да никто тебе ничего и не говорит! – чуть раздраженно оборвал Виктора замдиректора. – Но дело в том, что мы собирались взять этого дипломата-террориста в разработку и попытаться выйти через него на верховые звенья МАБМ.

– И что?

– А то, что пока мы его устанавливали, он навострил лыжи с Украины. Зовут его Фархад аль Латиф. В Одессе он работал третьим секретарем консульства. Сейчас уже сдает дела своему преемнику. И через неделю отбывает домой, якобы в связи с какой-то открывшейся болезнью для детального обследования и лечения…

– Видимо, руководство МАБМ решило перестраховаться, – предположил Виктор.

– Или отзывает Латифа за провал задания, – хмуро сказал замдиректора ФСБ. – Судя по тому, что до сих пор о МАБМ так мало известно, порядки у них строгие. Не исключено, что сразу по возвращении на родину его ликвидируют. И все концы в воду. Понимаешь, полковник? – пристально посмотрел замдиректора на Логинова.

– Вполне возможно, – кивнул Виктор. Потом вздохнул и спросил: – И что?

– Мы этого допустить не можем! – сказал, как отрубил, замдиректора. – Поэтому вчера директор ФСБ лично согласовал этот вопрос на самом верху. – Тут взгляд генерала уперся в потолок. – И получил негласную санкцию…

Логинов вздохнул снова и голосом висельника спросил:

– Санкцию на что, товарищ генерал?