Но эти опасности были ничто по сравнению с другой опасностью опасностью общения с мертвыми, с миром духом, заселенным легионами демонов, готовыми в любую минуту наброситься на него и завладеть его душой и телом. Сведенборг понимал эту опасность. Однажды, когда он спал, говорит он, они задумали задушить его и наслали на него такие ужасные видения и кошмары, что он суть было не потерял рассудок. Они внушили ему неодолимое желание покончить с собой. Он пытались заставить его выпить что-нибудь такое, что лишило бы его разума. И они заставляли его ощущать невыносимую боль в разных частях тела.
"Я не уверен, что другие могли бы вынести такие боли", - говорит он. "Но, привыкнув к ним, я мог выносить их, как бы не чувствуя боли". Однажды злой дух подкрался к нему сзади и вонзил ему в спину как бы кинжал. "Я почувствовал, будто острое лезвие пронзило мое сердце, и в тот же миг еще одно вошло в мой мозг. Но, находясь под защитой Господа, я ничего не боялся... Если бы Господь не охранял человека, он бы тотчас погиб вследствие царящей среди демонов неописуемо исступленной и смертельной ненависти к любви и вере в Господа. Но дьявол не может причинить вреда тому, кого оберегает Господь, как мне было дано знать в моих поразительных видениях".
Это по-детски безусловное доверие в защиту, даруемую Господом, было сердцевиной мужества Сведенборга. Но мы не должны забывать, что он переживал все это ради того, чтобы принести на землю, как он твердо верил, знание о непостижимом духовном мире. Его опасная миссия требовала мужества особого рода, о котором в своем трактате, посвященном душе, он пишет в следующих словах: