М-м Д.: Я даже еще не подошла к концу. Я не спросила о том, какое понятие я имею о Боге. Я не знаю, кому адресован этот зов.

Г.: Возможно, вы молитесь автоматически, возможно, вы утешаете себя автоматически. И то, и другое бесполезно для будущего. Для вашего будущего это даже преступление. Ваша молитва не должна быть автоматической. Вы должны молиться, молиться по-настоящему, как христианка. Вы должны молиться всем своим присутствием, сосредоточив все свои три центра на одном предмете. Вы должны молиться головой, чувствами, ощущением. Примите это как задачу. Не молитесь, чтобы утешиться. Эта, другая молитва, не утешит вас, она вас утомит. Но позже вы достигнете успеха, делая то, что необходимо для вас.

Христианин молится всем своми присутствием. Человек, как правило, молится только своими мыслями. Возможно, существует и более великий закон. Человеку никогда не говорили, как молиться, и ему никогда не приходит на ум, что состояние чувства и присутствия должно соотносится с движением молитвы. Если Вам привычно молиться автоматически, я советую вам с этого момента молиться так, как пожелаете, но не так, как вы делали это прежде.

Д.: Мистер Гурджиев, на этой неделе я сделал одно наблюдение. Несколько мальчиков, оказавшихся передо мной, вызвали во мне жалость, поскольку они были бедные и голодные. Я не знал, как вести себя перед ними. Я не знал, что думать. Сперва это была жалость, но я видел, что не могу ничего сделать, и вскоре...

Г.: Извините, но вы могли бы кое-что сделать. Вы могли бы дать им что-то, чтобы напитать их. Не буквально, но вы могли бы позаботиться, чтобы у них было хоть что-нибудь поесть. Если, объективно, вы их любили; если, объективно, вы хотели, чтобы у них было что-то поесть, этого было бы достаточно. Они бы ушли и, автоматически, нашли бы кого-то, кто дал бы им чего-нибудь поесть.