А разве может с ней сравниться друг?
Есть ли заслуга, с ней сопоставимая?"
И далее (1.36) сказано:
"Я поклоняюсь телу существа,
в котором родилась святая Устремленность."
И еще (3.31):
"[Она] же масло, сущность, извлеченная
сбиваньем молока святейшей Дхармы."
Здесь [об Устремленности] говорится как о высшем положении Учения, сущности Слова.
Поэтому, хотя почтенный Атиша придерживался взглядов мадхьямики, а Серлингпа – мировоззрения читтаматры, обретя Устремленность с помощью [Серлингпы], он считал его самым добрым из Учителей. Если, благодаря некоторому пониманию основ Слова, вникнуть в эту деталь биографии [Атиши], она хорошо послужит для понимания сущности Пути.
Когда от стараний [взрастить Устремленность] возникает подлинный ее росток, то даже даяние ворону кусочка пищи становится деянием бодхисаттвы. А если этого нет, деянием бодхисаттвы не будет даже даяние заполненного драгоценностями Трикосмия. Так же не будут деяниями бодхисаттвы [остальные парамиты] от нравственности до мудрости, созерцание божеств, энергетических каналов, ветров, капель и т. д.
Как в мирской притче о косьбе травы и точении серпа: пока эта драгоценная Устремленность не созревает, сколько ни усердствуй в добродетельных занятиях, никакого продвижения быть не может, – как при срезании травы [тупым серпом]. А если Устремленность созревает, она подобна серпу, наточенному сразу, как притупился; даже при самом малом усилии он срежет много. Тогда появляется способность каждый миг легко очищать омрачения и накапливать заслуги, поэтому даже малые и преходящие добродетели становятся великими и неистощимыми. Как говорится во «Введении в практику» (1.6):
"Так сильно зло, что только
Устремленность всесовершенная,
но не иная добродетель,
их одолеть сумеет."
И далее (1.14,21-22,12):
"[Устремленность] – как огонь в конце времен;