Во вторыхъ, нѣмецкихъ богослововъ смущаетъ явленіе чудесъ въ жизни святыхъ.

Но, вѣдь, Спаситель ясно предсказалъ, что вѣрующіе въ Него „именемъ Его бѣсы ижденутъ, языки возглаголютъ новы: змія возмутъ, аще и что смертно испіютъ не вредитъ ихъ; на недужныя руки возложатъ и здрави будутъ (Мр. XVI, 17, 18); вообще, что вѣрующіе во Христа совершатъ дѣла, какія Онъ Самъ творилъ, но даже и больше (Іоан. XIV, 12).

Въ третьихъ, нѣмецкимъ ученымъ представляются невѣроятными явленія ангеловъ и духовъ злобы, описанныя въ житіяхъ святыхъ.

Но въ этомъ не должно быть никакихъ сомнѣній въ виду того, что въ священномъ писаніи изображено множество явленій духовъ очамъ святыхъ людей и злокозненныхъ дѣйствій ангеловъ тьмы.

Наконецъ, послѣдній вопросъ касается исторической достовѣрности самыхъ повѣствованій четій-миней.

Этотъ вопросъ весьма удовлетворительно рѣшается самими же четьи-минеями. Издавая свои четьи-минеи святый Димитрій Ростовскій говорилъ:… да не будетъ ми еже лгати на святаго". Эти слова ясно намекаютъ на то, что святый Димитрій, при составленіи своего громаднаго произведенія, старался въ житіяхъ святыхъ отдѣлять историческую истину отъ вымысловъ

Ho кромѣ исторической достовѣрности сказаній св. Димитрій дорожилъ и нравственнымъ значеніемъ разсказываемыхъ имъ событій и дѣйствій, стараясь выставить, оттѣнить это значеніе, направляя весь свой разсказъ къ тому, чтобы преподать читателю какой нибудь нравственный урокъ. Въ нихъ можно найти множество нравственныхъ наставленій, высказанныхъ устами святыхъ мужей.

Въ этихъ наставленіяхъ указываются средства къ нравственному преспѣянію христіанина и возведенію его на высшую ступень нравственнаго совершенства. Конечно, назидательность и убѣдительность этихъ наставленій зависитъ много отъ того, что онѣ высказываются устами опытнаго христіанскаго подвижника, котораго жизнь есть оправданіе его правилъ и наставленій.