– Я сказала, что вы не должны так себя вести! И что вы… как представители органов правопорядка… сами не должны нарушать законы!

Старший и мужчина в маске обменялись взглядами. Затем оба уставились на пожилую женщину, которая явно не собиралась быть здесь простой статисткой, призванной поставить закорючку в милицейском протоколе.

– Э-эээ… Как вам зовут, гражданка?

– Вера Михайловна.

– А по жизни вы кто?

– В каком смысле?

– Чем занимаетесь?

– Я на пенсии. А раньше… почти полвека проработала педагогом.

– Ах, вон оно что. Так вы собираетесь учить нас законности, Вера Михайловна?

– И в мыслях такого не держу!

– Так в чем же дело? Чем вы недовольны?

– А вы сами не понимаете? – Лицо женщины стало румяным от прихлынувшей к щекам крови. – Что ж вы девушку держите почти голой! Да на виду у толпы мужчин?! Она же русским языком вам говорит – дайте вначале набросить что-нибудь из одежды! А вы… вы…

Старший оперуполномоченный СКМ вновь посмотрел на мужчину в маске.

– Может, нам следует пригласить других граждан в качестве понятых?

– Нет необходимости, – сказал человек в маске. – Это даже хорошо, что среди граждан встречаются такие принципиальные личности.

– А я теперь никуда не уйду! – сказала Вера Михайловна. – Просили быть свидетелем… или как там у вас?

– Понятой.

– Вот и буду теперь… ею… или им. И заменить себя – не позволю!

– Ну так что, господа оперативники? – сказала Анна. – Мне дадут наконец-то переодеться? Или мне устроить стриптиз прямо у вас на глазах?!

Она взялась пальцами за край влажного полотенца…

– Минутку! – покосившись на нее, сказал человек в маске. – Давайте без этих ваших дамских штучек!

Он заглянул в спальню, где двое сотрудников перебирали тряпки в шкафу и что-то искали среди постельного белья.

– Перейдите пока в гостиную! Дадим возможность хозяйке одеться.