За событиями – вольно или невольно – наблюдали почти два десятка мужиков разных языков и национальностей, большей частью вымотавшихся после раннего подъема и всех этих перелетов и переездов и желающих только одного: бросить кости на кое-как застеленные матрасы и выспаться. Потому что неизвестно, что их ждет уже наутро. И что им – каждый, понятно, думает о себе – готовит грядущий день. Но если в другой ситуации кто-то обязательно посоветовал бы бузотерам заткнуться или выйти для разборок на свежий воздух, то тут – помалкивали.

– Бачу, Васылю!.. Гэй, ты!! Тоби що сказано?! – кривя губы в недоброй усмешке, сказал «Пэтро», адресуясь к Козаку. – Ось там мисцэ для мавп!.. – Он кивнул в том направлении, где в дальнем от входа углу находится «стойка» с полудюжиной умывальников. – А ну гэть звидсиля! Та швыдко! Бо вид тэбэ нэсэ кацапським лайном!

Неизвестно, чем бы закончилась эта перебранка за «центровое» место, если бы от входа не донеслось громкое:

– As you were! What’s goin’on here? Stop nattering!

В ангар, приспособленный под «общежитие», вошли двое местных сотрудников. Одного из них Козак узнал сразу: один из местных начальников, штатовец, судя по выговору. Именно этот плечистый рослый шатен приезжал с еще тремя «армгруповцами» в кабульский аэропорт за свежим пополнением. На бэйдже, прикрепленном поверх нагрудного кармана легкой фирменной куртки, написано: сверху – AGSM BAQUBAH, ниже – SECOND. Он же, кстати, этот самый Сэконд, но уже в присутствии двух «шишек», про которых можно стопудово утверждать, что они янкесы из числа бывших военных, провел вводный инструктаж сразу после прибытия в «кемп».

Второй из вошедших, здоровенный, довольно свирепого вида мулат, держал на сгибе локтя восьмизарядку «Моссберг».

Один из двух западенцев, а именно Пэтро, как-то сдулся… И попытался было шмыгнуть мимо старшего, но тот рявкнул:

– Stand still!

Бритоголовый чуть сдал назад…