
Так, его близость к реке была большим переживанием бытия в состоянии полной и глубокой релаксации. Это помогло ему перейти на более глубокие уровни сознания.
Как и всякий ребенок, Раджнеш испытывал к смерти огромный интерес. Он часто следовал за людьми, везущими мертвое тело к месту кремации. Когда родители спрашивали его, почему он все время ходит на чужие похороны, он говорил «Человек меня не касается. Смерть — вот это прекрасный феномен, причем один из самых таинственных. Человек не должен пропускать это». Стараясь пояснить это, Бхагаван говорит: «Прослышав, что кто-то умер, я всегда старался прийти, чтобы наблюдать, ожидать, свидетельствовать то, что происходит». Он видел и слышал, как люди философствуют по поводу смерти и цитируют писания. Этот вид глупости раздражал Бхагавана.
«Я начал чувствовать, что ведь они уклоняются. Как участвуя в дискуссии, они уклоняются от этого феномена. Они не видят смерть человека. А это здесь! Смерть здесь, а вы обсуждаете это! Что за дураки?»
Свами Агеха Сарасвати подтверждает то, что мальчиком Раджнеш по ночам часто уходил один на кремационную землю и лежал там целыми часами.
Видя эту экстраординарную тенденцию в поведении сына, родные опять забеспокоились по поводу предсказания смерти Раджнеша, особенно когда ему наступило четырнадцать лет. И на этот раз тоже Раджнеш выжил физически, хотя опять столкнулся со смертью уже сознательно. Он сообщил семье, что, согласно предсказанию, смерть наступит обязательно, поэтому будет лучше, если он подготовится к ней. Он решил встретить смерть на полпути, столкнуться с ней сознательно. Родители были шокированы и озадачены, услышав это, но не стали вмешиваться в его планы.
Раджнеш твердо решил выполнить свой план. Сначала он пошел в школу и попросил о семидневной отлучке. Он сказал директору, что идет умирать. Тот не мог поверить своим ушам. Думая, что Раджнеш хочет совершить самоубийство, он потребовал объяснения. Раджнеш рассказал директору о предсказании астрологом возможности своей смерти в четырнадцать лет и сказал: «Я отлучаюсь на семь дней, чтобы ждать смерть. Если смерть придет, то хорошо бы встретить ее сознательно, так, чтобы она стала опытом». Директор был поражен, но согласился.
