Юный Шустриков еще не имел в любовных делах практического опыта. С одноклассницами у него, конечно, были шутливые объятья и театральные поцелуи.

Но тут совсем другое дело! Тут взрослая женщина, которая ждала от него совсем других нежностей. А он только со страстью смотрел на жгучую брюнетку Жанну, вздыхал и облизывался.

А она уже на второй лень пригласила его к себе, усадила на диван и стала рассказывать, гладя его по голове, как ребенка. Она говорила о своих двух мужьях, о знакомстве с ними, о причинах развода.

На третий день они уже сидели обнявшись, а Жанна общалась с Мишей, как с сокровенной подружкой. Она говорила о своих девичьих мечтах, о первой брачной ночи, о неумелых мужьях, которые делали всё не так, как ей хотелось.

В какой-то момент Михаил настолько расхрабрился и возбудился, что повалил женщину на диван и стал целовать везде, где только можно.

Жанна не возражала и не сопротивлялась. Она только прошептала: «Выключи свет, дорогой. Соседи могут увидеть»…

Он побежал к выключателю, а она за эти секунды успела освободиться от части одежды…

Следующие две недели были раем для Михаила. Он не видел пальм, моря, ресторанов… Самым важным для него была Жанна – ее улыбка, ее глаза и все ее прелести…

Улетая из Сочи, Шустриков даже заплакал, прощаясь со своей ненаглядной, со своей любимой, со своей первой женщиной.

Потом он часто приезжал в Сочи с молоденькими подружками из Москвы. Но каждый раз ездил в Хосту. Он обязательно выбирал несколько дней для свиданий со стареющей Жанной Айвазян.

Стареющей?.. Ей неделю назад исполнилось всего сорок восемь!

Шустриков уезжал из «Аркадии» с помпой! Он загрузил свои сумки, потом подогнал такси к административному корпусу и демонстративно бросил букет роз под разбитое окно Шмакова.

Первое такси Миша бросил на Курортном проспекте, доехав до Зимнего театра.

На втором такси он сделал несколько кругов по городу, выбирая пустынные улицы… Хвоста не было!