– Мерзавец! – сквозь зубы процедила Карли, когда за Макманном закрылась дверь. – Что он себе позволяет?! – И, обернувшись к стенографисту, уже другим тоном добавила: – Это фиксировать не надо.

– Разумеется, мэм!

– Вы можете сделать перерыв, Хендрикс. До встречи с другим свидетелем у нас есть еще время.

Сержант-стенографист выключил компьютер и поднялся из-за стола. Несмотря на бурное развитие технического прогресса и появление различных совершенных видео– и аудиозаписывающих систем, при разговорах со свидетелями и подозреваемыми присутствовали стенографисты – как для выполнения своей непосредственной работы, так и в качестве свидетелей.

– Пойду выпью чашку кофе, – сказал Хендрикс. – Вам принести кофе, майор Сэмюелс?

– Нет, спасибо, сержант.

Стенографист ушел, а Карли откинулась на спинку стула и прикрыла глаза. Прежде всего необходимо успокоиться и перестать возмущаться поведением Макманна, грубого и строптивого свидетеля обвинения. Да, он вел себя вызывающе, отказался назвать марку машины. Пренебрег клятвой, данной под присягой. Ничего, ведь эта встреча с Макманном не последняя, и в следующий раз Карли научит его вежливости. Никуда этот хоккеист не денется и будет давать показания как положено.

Карли достала из папки копию свидетельских показаний Райана Макманна. Он дал их в полиции сразу после обнаружения тела Элен Досон-Смит.

Двенадцатого апреля, во вторник, в тринадцать тридцать Макманн закончил работу, обязательное выполнение которой предписывалось ему условным освобождением, и, сев в машину, направился в сторону Максвелла. Подъехал к воротам со стороны Белл-стрит и предъявил охраннику свой временный пропуск. Впоследствии охранник подтвердил, что отметил пропуск Макманну в тринадцать сорок семь. Далее маршрут Макманна пролегал через Ченнал-Серкл, мимо домов офицеров. На Ривер-роуд навстречу Макманну ехал темно-зеленый “форд-торес” с включенными передними фарами. За рулем сидел офицер.