Она накрыла мешки брезентом и забралась в машину. Наемник либо не заметил, что грузовик принадлежит армии, или его это не интересовало. Как только Керри села рядом, он навалился на нее и стал целовать.

Его желание не только не утихло, но и возросло. Похоже, бодрящий воздух улицы освежил и его. По крайней мере, целуя ее, он не вел себя как напившийся солдат. Это был поцелуй мужчины, который знает, что делает, и знает, как делать это хорошо. Руки тоже не скучали без дела, и Керри, шокированная столь неожиданным напором, вынуждена была принять меры.

— Рог favor, — прошептала она, хлопнув его по рукам.

— В чем дело?

— Mi casa. Мы ехать.

Достав ключ из кармана юбки, она вставила его в замок зажигания и завела двигатель, стараясь не обращать внимания на настойчивые домогательства своего спутника. Его зубы слегка прикусили ей шею, отчего по телу побежали мурашки.

Керри включила задний ход и отъехала от бара. Ветхое здание, казалось, сейчас рухнет от гогота внутри и грохота музыки. Она настороженно ждала, что в следующую минуту на улицу кто-то выбежит и откроет стрельбу, но им удалось незамеченными выехать на улицу.

Вначале она даже не хотела включать фары, но передумала. Военный грузовик, движущийся по темным городским улицам без света, мог вызвать ненужные подозрения. Да и вести машину по разбитым дорогам было довольно опасно. Керри включила фары, и свет выхватил из темноты покореженные войной здания деловых центров и жилые дома. Даже ночью город производил удручающее впечатление.

Выехать из столицы тоже было делом нелегким, и Керри не один час размышляла об этом. Ей предстояло миновать один из караульных постов, и, проведя разведку, она выбрала выезд, к которому сейчас и направлялась. На этом шоссе было самое оживленное движение. Выбери она дорогу поспокойнее, патрульные могли бы быть более въедливыми. Их мог бы заинтересовать военный грузовик, управляемый женщиной. В этом же месте, как надеялась Керри, ее всего лишь проводят любопытным взглядом. По крайней мере, она очень на это рассчитывала.