— Вредная баба какая!.. — Ксюша пнула Машу мыском туфли. — Хоть бы кто мне позавидовал… Слушай, а вот у тебя цель есть?

Маша обожала, когда они с Ксюшей заводили подобные беседы. Это было очень по-детски, но так увлекательно — рассказывать о своих планах, мечтах, о доме, в котором будешь жить на берегу моря, о яхте, на которой будешь плавать, развалившись на палубе: справа — шампанское, слева — ведро черной икры, о том, с кем из знаменитостей они заведут романы… Другие ее подруги были серьезными девушками, они существовали в скучной реальности, и только Ксюша знала толк в мире иллюзий, только она одна понимала, что между мечтой и настоящей жизнью чисто формальная граница — безвизовый режим, никакой проверки на дорогах.

— Нет, — Маша покачала головой. — Нет у меня никакой цели. Даже самой завалящей.

Конечно, она точно знает, что не собирается всю жизнь протрубить в том или другом рекламном бюро. Все ничего, но в сухом остатке получается, что ты работаешь только ради денег. Никакого морального удовлетворения. Конечно, деньги как эквивалент удовольствий, одежды, драгоценностей, машин, домов и квартир ее привлекали, но она не ощущала ни желания, ни возможности заниматься каким-либо делом только ради наживы. Делать деньги из воздуха, как, к примеру, риелторы, всяческие посредники, менеджеры и прочие люди, которые сами ничего не производят — то есть не строят, не готовят, не шьют, не пишут книги, не сочиняют песни… А ей хотелось дать миру нечто, но что именно, Маша пока не поняла. Даже направления не выбрала, где искать.

— А у меня есть! — загордилась Ксюша. — Хочу такой же пресс, как у Мадонны.

— И ты собираешься тренировать его усилием воли или все-таки пойдешь в спортивный зал?

— Уже пошла! — восторжествовала Ксюша. — Вот! — она задрала майку, и Маша уставилась на пухлый белый живот с тремя поперечными складками.

— Офигеть! — воскликнула она. — Просто невероятный результат! Сплошные квадратики! Это за сколько занятий? За одно? Или за два?