— Но Саймон и я хотим пожениться сейчас, — запротестовала она. — Я знаю это.

Найстон положил руку на плечо дочери.

— И ты знаешь, что девять месяцев — это не так долго.

— Но вы не позволили нам объявить об этом!

— Мы хотели, чтобы ты была уверена в своем решении перед тем, как мы сделаем публичное заявление, — успокаивающе произнес граф.

— Ты хочешь сказать, что вы не думаете, что я доведу это дело до конца, и не хотите ощущать себя неловко, когда я изменю свое решение, — парировала девушка.

Он нахмурился, очевидно, теряя терпение.

— Мы не думали ни о чем таком…

— Что ж, я не изменю своего решения, — заявила Энджел. — Саймон и я — мы любим друг друга.

— Томас, — прервал их разговор лорд Пенстон, — это твое или Норы? — Он указал на один из ящиков.

— Думаю, этот ящик — ваш. — Ее отец подошел ближе, чтобы изучить его. Барон кивнул, подзывая еще одного докера. — Говорю тебе, парень, этот ящик нужно отнести в другой экипаж. Нет, вон ту коробку, вон там, рядом с колесом.

Услышав лай собак, Анжелика повернулась в направлении воды, где грузились несколько кораблей перед возвращением в Кале. Два псаря вели свору собак по одному из трапов. Третий, стоял у подножия сходней, сражаясь еще с полудюжиной собак. Одна из них, коричневый мастифф, намного больше и мощнее, чем проворные гончие, очевидно, отказывалась подниматься на борт. Мужчина ударил животное по спине шишковатой палкой, и собака взвизгнула.

Яростно нахмурившись, Анжелика подобрала юбки, промчалась мимо повозки, нагруженной пищащими цыплятами, и подбежала к псарю.

— Немедленно прекратите это! — приказала она.

Тот выпрямился и неприветливо посмотрел на девушку.

— Что такое?

— Прекратите бить это животное! Разве вы не видите, что он просто испугался?

Мужчина сильно дернул собаку за поводок и животное завыло.