— Да, это он, — ответила она.

Луиза Дилон с отвращением посмотрела на Брутуса.

— Откуда ты знаешь Дьявола?

— Мы прибыли в Дувр в одно и то же время. Его карета не появилась, так что мы подвезли его до дома, — ответила Анжелика, немного раздосадованная тем, что Луиза употребила прозвище Эббонли.

— Говорят, что Габриэла Мариетти была его любовницей до того, как он отправился на войну. Или одной из них, во всяком случае, — заметила Мэри Хэмптон, хотя ее никто не спрашивал.

Энджел перевела взгляд на Мэри. Она видела знаменитую оперную певицу несколько раз и считала ее довольно красивой. Однако сейчас, когда девушка думала о ней, то вспомнила, что в голосе итальянки было что-то скрипучее, так что, возможно, мисс Мариетти вовсе не настолько замечательна, как все вокруг предполагают.

— О, в самом деле? — спросила она, пытаясь отразить в своем голосе как раз нужную степень скуки и незаинтересованности.

Луиза и Мэри посмотрели друг на друга.

— Маркиз очень привлекателен, — предположила Луиза.

— Да, он красив, — согласилась Энджел, думая об его изумрудных глазах. Две сплетницы продолжали смотреть на нее. — В немного высокомерном стиле, я полагаю, — торопливо добавила она. Для помолвленной женщины не совсем прилично делать комплименты внешности — как бы он ни был красив — кузену своего жениха. Даже если никто не знает, что она помолвлена.

— Итак, ты стала первой, кто узнал, что Дьявол вернулся в Англию, — прокомментировала Мэри.

— Ты не должна его так называть, — вмешалась Дженни. — Что, если он вернется и услышит тебя?

— Интересно, что леди Кенсингтон думает о его возвращении, — усмехнулась Луиза.

Энджел перевела взгляд с одной девушки на другую, ощущая себя так, словно она что-то не понимала и не знала, как спросить об этом, чтобы ее слова не прозвучали, как, хм, сплетни.