Я замерла. Конечно, он просто студент, болтающий вздор, возможно, наглотавшийся наркотиков, но в его словах есть смысл. Я испытала потребность поговорить с ним на его языке. Принять вызов — показать незнакомцу, что я достойный противник.

— Ну, если вы и в самом деле дьявол, то что делаете здесь? — осведомилась я. — Я-то считала, что сейчас вы заняты — ведь у вас так много работы в странах третьего мира. Почему вы околачиваетесь на этой вечеринке в Гилдфорде среди людей, принадлежащих к среднему классу и собравшихся, чтобы выпить?

«Держись непринужденно, — говорила я себе. — Убаюкай, успокой незнакомца ложным ощущением безопасности, отпусти поводок, не натягивай его слишком сильно».

— О да, у нас там действительно полно хлопот. Но их, этих ребят, незачем убеждать в том, что дьявол существует. Это все равно что проповедовать обращенным. Гораздо забавнее побывать в таком маленьком уютном городке, как ваш Гилдфорд. Нам нравится просверлить несколько отверстий в вашем так хорошо организованном порядке и впустить в ваш мирок сквозняки.

Ураган музыки поглотил гомон голосов вокруг нас, и это означало, что кто-то добрался до стереосистемы. Встревоженная Салли метнулась туда, и тотчас же громкость снизилась. Однако музыка все еще слышалась явственно. Я заметила, что отбиваю такт ногой, и вдруг ощутила не поддающийся никакому объяснению позыв откровенничать. Этот странный разговор явно доставлял мне удовольствие.

— Так к чему же эти салонные игры? — Я улыбнулась. — Если вы появились здесь, чтобы уничтожить нас, почему не ввести в действие тяжелую артиллерию и не стереть всех с лица земли?

— Ах, боюсь, и моим возможностям есть предел. Мы должны играть по правилам. И хотя закрутить вселенную задом наперед и устроить прекрасное жаркое из морской живности, когда первая мелкая рыбешка выползет на сушу из первозданного ила, было бы прекрасно, но чем заниматься потом? Мы, нечистая сила, почувствовали бы себя одинокими без всех вас. Мы остались бы навечно проклятыми вместе с Люцифером, и поиграть нам было бы не с кем.