Он пожал плечами.

— Я банкир и веду дела во многих странах, в том числе и в тех, где демократический строй не установлен. Можно предположить, что кого-то оскорбил, к примеру, мой отказ выдать заем.

Говорил он спокойно, но Тесса чувствовала, что он начинает злиться.

Но она все же задала тот вопрос, которого было не избежать.

— Кажется, в момент взрыва машина находилась не у вашего дома?

Вопрос был задан деловым тоном. Полиции нет дела до того, что он делал в час ночи в доме красотки из высшего общества, сплетни ее не касаются.

Но ему, видно, было не впервой оказываться в подобных ситуациях. Он был холоден, как семь восьмых айсберга, скрытых под водой.

— Совершенно верно, инспектор. Я был на Честер-сквер, ужинал со своей давнишней приятельницей и клиенткой нашего банка миссис Эдвард Лэнон. Мы пили кофе в библиотеке и обсуждали состояние ее дел. В этот момент и раздался взрыв, от которого пострадал фасад ее дома. Меня интересует только одно — почему взрыв произошел именно тогда? Я думал, что таким образом избавляются не только от машины, но и от водителя.

— В машине был водитель, — сообщила ему Тесса, которую не смутил блеск в его глазах.

— Кто же?

— Вор, который собирался ее угнать. Он сел за руль и включил зажигание, чем, по-видимому, и привел в действие взрывное устройство.

Он смотрел на нее невидящим взглядом. Тесса догадывалась о том, какие мысли мучили его, и, пока он приходил в себя, она стала записывать то, что он успел ей сообщить.

— Вы установили его личность? — спросил наконец Николас Оулд.

— Он профессиональный угонщик, хорошо известный полиции. Он угоняет машины на заказ, чаще всего — дорогие, вроде вашей. Он может взломать даже самое хитроумное охранное устройство. По-видимому, у него был дубликат ключа. Это не случайный воришка, и охотился он именно за вашей машиной.

Тонкие брови удивленно взлетели вверх.