Офелия, пожав плечами, направилась к парадной двери, но постепенно замедлила шаг и остановилась. Очевидно, поняла, что перед ней не гостиница, а чьи-то владения.

– Где мы? – спросила она, оглянувшись. Пока что в голосе не звучало ничего, кроме любопытства.

Рейфел молча помог горничной спуститься вниз, прошел мимо Офелии и постучал в дверь. Он намеренно заставил ее ждать ответа. Трудно сказать, насколько у красавицы хватит терпения, и поэтому следовало крайне осторожно подбирать слова в общении с ней.

Рейфел уже хотел что-то сказать, но отшатнулся, словно отброшенный назад ее злобным взглядом. Потребовалось несколько секунд, чтобы он опомнился и принял свой обычный невозмутимый вид.

– Видите ли, у меня множество родственников по всей Англии. Очень удобно, особенно когда путешествуешь. Это дом моей тети Эсмеральды. Впрочем, сама она предпочитает именоваться Эсме. Мы проведем здесь ночь. Уверяю, здешние постели куда мягче гостиничных.

Не успел Рейфел договорить, как дверь открылась. На пороге стоял старый Уильям, щурясь на вновь прибывших сквозь узкие очки. Бедняга был настолько же слеп, насколько была глуха его хозяйка, но по-прежнему выполнял обязанности дворецкого. Эсме буквально украла его из отцовского дома, когда вышла замуж и зажила своим хозяйством. По крайней мере так уверял предыдущий герцог.

– Кто тут? – спросил Уильям. Очевидно, очки не слишком помогали престарелому дворецкому. Будь сейчас день, он, возможно, узнал бы Рейфела. А может, и нет. Сама Эсмеральда уже немолода, а Уильям намного старше хозяйки. Ему, должно быть, уже за девяносто.

– Это Рейф, старина. Просим приюта на ночь. Утром мы уезжаем. Нам нужны три комнаты, и неплохо бы поужинать. Моя тетушка еще не спит? Или уже удалилась к себе?