– Что за вздор они несут? – удивился Дункан, подходя к Рейфелу.

– И ты еще спрашиваешь? – ухмыльнулся Рейфел, делая приятелю знак пройти в гостиную, где их не подслушают. – Офелия услышала, как твои гости злословят о ней, и не преминула их отчитать.

– Она еще не уехала?

– Насколько я понял, ждет, когда подадут экипаж. Но ты не представляешь, что случилось после того, как девица Ньюболт покончила с обличениями Офелии. Я и сам еще не пришел в себя!

Рейфел стал свидетелем гневной тирады Мейвис, когда та прибыла в поместье. Девушка, не стесняясь, брызгала желчью. Становилось понятным, почему она стала врагом Офелии. Кое-что из ее высказываний сейчас было повторено в гостиной, хотя теперь, когда Мейвис считала, что свидетелей у них не имеется, она не изливала столько яда на бывшую подругу. Мало того, вроде бы даже оправдывалась, что заставило Рейфела задаться вопросом, так ли все было на самом деле, как заставила их поверить мисс Ньюболт?

Правда, сначала он считал, что Офелия недостаточно раскаивается за все причиненные окружающим неприятности, и намеревался прочитать ей соответствующую случаю нотацию. При этом он совершенно не ожидал того, что произошло, когда он застал Офелию одну.

И сейчас он не собирался и дальше держать Дункана в неведении.

– Офелия Рид рыдала у меня на плече. Ну разве не удивительное зрелище?

Но Дункан вовсе не обрадовался страданиям бывшей невесты. Наоборот, громко фыркнул:

– Не думал, что ты не знаешь разницы между истинными и фальшивыми слезами.

– Ошибаешься, прекрасно знаю. Взгляни на мое плечо. Фрак до сих пор влажный.

– От яда скорее всего, – ухмыльнулся Дункан, мельком взглянув на фрак Рейфела.