— Лилиан снова уставилась на мелькающие фонари. — Вы даже заметили, что я прекрасно одета. Богато.
Снова что-то не так. Дэниела бесило, что Лили явно считает его неуклюжим. Весь день, с самого раннего утра, ему ни разу не удалось ей угодить — ничем, кроме золотой булавки.
Экипаж остановился в конце улицы, возле оперного театра. Стюарт открыл дверцу, спрыгнул на мостовую и галантно подал руку своей даме. Вокруг были толпы людей. Вдоль домов стояли праздные зеваки, мечтая хоть краем глаза увидеть чету Вандербильтов или Рокфеллеров, входящих в оперный театр. Количество нищих поражало воображение — они были повсюду, в неизменных шерстяных кашне, замотанных вокруг тощих шей, и с ржавыми жестянками в руках.
Вдруг Лилиан выпустила руку Дэниела и быстро направилась к веренице нищих.
— Лилиан!
Казалось, она не слышит. Стюарта не слишком удивило, что она собирается бросить новые бриллиантовые серьги в первую попавшуюся кружку.
— Какого черта? — прошипел Стюарт, оттаскивая ее.
Лили с неподдельным удивлением посмотрела на Дэниела и снова перевела взгляд на оборванцев:
— Кто-то же должен помогать им. Стюарт в изумлении уставился на Лилиан. Господи! Невинный младенец! Да встречал ли он хоть раз в жизни такое воплощение доброты?
— Как бы ни были вы замкнуты в себе самом, Дэниел, — твердо проговорила Лили, — помните: в мире много людей, не способных выкарабкаться в одиночку. И они… — тут ее голос стал совсем тихим, — и, может быть, они тоже падшие ангелы.
Стюарт сунул руку в карман.
— Послушайте, наденьте серьги! — На его ладони лежала груда зеленых бумажек.
Сейчас он согласился бы купить улыбку Лили за любые деньги.
Лилиан этот вечер тоже показался самым длинным из всех, что она помнила.
Ей пришлось познакомиться с доброй сотней мужчин, мыслящих так же, как и Дэниел, и со столькими же женщинами, с завистью глазеющими на ее серьги. Мужчины разговаривали только о деньгах и о бизнесе, что, впрочем, не мешало им с вожделением поглядывать на Лили. Не успел Дэниел на несколько секунд отвернуться от нее, как она тотчас услышала шепот: «Какая привлекательная дама! Интересно, за сколько он ее купил?» Все здесь двигалось и бурлило, утверждая Лили в мысли, что чистилище выглядит почти так же, как высший свет Нью-Йорка. Может, чуточку привлекательнее.