Арик увидел, что ее тело сотрясает дрожь, с которой она пытается совладать. Почему-то мысль о том, что этот головорез с черными зубами заставляет ее испытывать страх, разгневала Арика сильнее, чем что бы то ни было другое за все благословенные месяцы, которые он провел в одиночестве.

– Я сказал, чтобы ты немедленно отпустил ее и убрался с глаз моих! – рявкнул Арик.

– И тогда ты возьмешь ее в жены? – спросил Дагберт. – Остановишь засуху, беспокоящую лорда Кэпшоу?

Но ведь он не может ни засуху остановить, ни дождь предсказать!

– Нет, это все ерунда, – сказал Арик.

Дагберт почесал голову.

– Может, она тебе не нравится?

Недоуменный взор леди Гвинет устремился на Арика. Она молча молила его о спасении, хотя, как подозревал Арик, эта женщина вообще редко кого-то о чем-то просила. Квадратный подбородок свидетельствовал о ее невероятном упрямстве. Подбородок и эти ее живые, удивительные глаза.

– Она самая красивая девка в замке Пенхерст, – добавил Дагберт.

Этому утверждению Арик был готов поверить, однако оно не изменило его решения.

– У меня нет желания жениться, – отрезал он.

Пожав плечами, Дагберт снова поднес нож к шее перепуганной женщины. Видно было, с какой бешеной скоростью под клинком запульсировала жилка, и сердце Арика тоже забилось быстрее.

– Ну что ж, если она недостаточно хороша для того, чтобы стать тебе женой, значит, мы все увидим, как она умрет, – заявил Дагберт. – Лорд Кэпшоу просит только о том, чтобы за это ты прекратил засуху.

Судя по всему, этот лорд Кэпшоу – очень суеверный человек. Получалось, барон готов пожертвовать собственной племянницей ради процветания замка. Он даже приказал убить ее, если она не сможет растопить сердце колдуна и прекратить засуху. Арик раздумывал над тем, как ему достойно ответить на эту глупость.

– Оставьте ее здесь со мной, а сами убирайтесь, – сказал он.