Честно говоря, Арик оказался совсем не таким, каким Гвинет представляла его.

Повернувшись, Гвинет увидела, что Арик рассматривает ножку стола. Ее взор скользнул по его широким плечам, сильным, загоревшим на солнце рукам. Почему-то она поежилась.

Арик посмотрел на нее.

– Я починю стол, но не надо завораживать меня, глядя на мою спину, маленькая драконша, – сказал он.

Драконша?

– Это я-то драконша? – разозлилась Гвинет. – Ну да, зато ты так хорош и приятен, что люди так и тянутся к тебе!

– Нет, но если ты пошевелишь мозгами, то вспомнишь, что я жил тут в одиночестве, – напомнил Арик.

Гвинет открыла рот от удивления, ярость охватила ее.

– Думаешь, я хочу жить здесь?

По его обветренному лицу пробежала усмешка.

– Да нет, ты же вполне ясно выразилась, сообщив мне, что предпочитаешь сэра Пенли.

Гвинет фыркнула:

– По крайней мере, он не стал бы говорить со мной о… мечах.

– Нет, конечно, – отозвался Арик. – Я же сказал тебе, что он в них ничего не понимает.

Подбоченившись, Гвинет наградила мужа презрительным взглядом.

– Ну да, а ты, надо понимать, большой знаток таких вещей, да?

Арик приосанился, на его лице появилась вызывающая улыбка, в серых глазах вспыхнул огонек.

– Миледи, я был бы счастлив продемонстрировать вам свои умения в этой области, а уж там вы бы сами решили, – промолвил он.

При мысли об этом в животе Гвинет заныло, ее обдало жаром, едва не растопившим ее решимость.

Но когда Арик направился к ней, Гвинет сумела взять себя в руки. На кону стояло ее будущее с сэром Пенли. Не отдаст она свою девственность затворнику – пусть даже такому привлекательному и доброму, как Арик.