Селина не ответила. Изабель фыркнула и написала другую цифру. Селина взяла блокнот и стала сосредоточенно изучать написанное.

— Можно мне? — Она взяла карандаш Изабель и написала свою цену. — Это отражает расходы, которые понадобятся на переделку. Изабель заглянула в блокнот.

— Так мало? Но мне нужно…

— Ох, я совсем забыла. — Селина написала новую цену. — Ты ведь на пять сантиметров ниже меня. А это значит, что я покупаю платье, которое мне коротко. Вот это отражает все необходимые затраты.

Изабель недовольно засопела.

— Ну конечно, если ты так нуждаешься в деньгах, то я пойму, если ты попытаешься найти другого покупателя, — произнесла Селина.

— Мои родители прекрасно обеспечивают меня, твоя цена вполне приемлема. — Изабель гордо задрала нос.

За следующие полчаса Селина купила элегантное желтое муслиновое платье с низким вырезом, отделанное золотисто-черной вышивкой.

— Ну вот, готово, — произнесла довольная Изабель. Она без малейшего смущения спрятала в кошелек деньги, которые дала ей Селина. — Даже не представляю, как тебе в голову пришла идея покупать обноски.

Селина улыбнулась.

— В этом действительно есть неудобство. Но, похоже, мы обе заинтересованы в том, чтобы никто не узнал о нашем соглашении.

— Конечно, — согласилась Изабель. — Впрочем, мы вряд ли будем появляться в одних и тех же местах.

Селина бросила на нее сердитый взгляд, но промолчала. Изабель хотела подчеркнуть, что ее положение в обществе значительно выше и что ее приглашают на такие вечера, куда Селина никогда не попадет.

— К концу следующей недели у меня, наверное, будет еще одно платье. Я принесу его и расскажу о чудесном бале, на который меня пригласили. Это, наверное, самое волнующее событие за целый сезон!

— Неужели? — спросила Селина без особого интереса.

— Да. Маркиз Кастербридж впервые за много лет дает бал в своем доме на Парк-лейн. И я приглашена! Мама говорит, что там будет весь свет. Я сгораю от нетерпения. — Она достала приглашение и показала его Селине. — Какая жалость, что тебя там не будет! Селина понимала, что Изабель хотела задеть ее.