— Спасибо, мисс Роуз. — Парень взял целую горсть печенья.

— Всегда рады вас видеть, мистер Доджер, — ответила Тэсса.

Он бросил взгляд на Чейза, усмехнулся и направился к выходу.

— Вы такой строгий, — сказала Тэсса Чейзу, когда Доджер скрылся за дверью.

— Разве?

— Для вас это вполне естественно, — ответила она, улыбаясь.

— В действительности я не такой.

— Не строгий или не естественный?

— Ни то, ни другое.

— Я думаю, вы скромничаете, ведь это — ваше царство.

— У нас в Центре полная демократия. Я только слежу за порядком. — Чейз скомкал обертку от сэндвича и бросил ее в корзину для мусора.

— Но вы ведь здесь самый главный.

— Все не так, как вы думаете, Тэсса. В совет директоров входит десять человек. Пять из них — подростки, остальные пять — не какие-нибудь общественные или политические деятели, а люди, которые вложили деньги в это учреждение.

— Но, в конечном счете, последнее слово за вами. — Она взглянула на Чейза, стараясь уловить выражение его лица.

— Я только один раз шел против решения совета. Однажды дети захотели купить несколько телевизоров и даже склонили на свою сторону двоих взрослых, но я был против.

— Почему?

— Потому, что они могут смотреть телевизор дома. Я хочу, чтобы они были чем-то заняты. При этом я имею в виду не только спорт, но и умственную работу. У нас есть тихая комната, где можно делать домашние задания или читать. Дети собираются, обсуждают что-то… В выборе темы их никто не ограничивает. Важен сам факт их общения друг с другом. Любое обсуждение приносит детям пользу. Они должны понимать, что проблемы решаются головой, а не кулаками или оружием. Я могу рассказать, как много раз дети заступались друг за друга. Некоторые из них знают систему социальной защиты лучше, чем я. Они сами знают, что нужно делать. Я же обычно только ловлю тех, кто уже падает в пропасть.