Городской дом Эвана и пятиэтажное здание офиса позади него, расположенные в деловой части города, принадлежали его семье. В доме слабо светились окна — значит, в камине разожжен огонь. Она задержалась на ступеньках перед дверью, стараясь унять легкую дрожь. Что, если он не один?

Но, тряхнув головой, отогнала сомнения: Эван не привел бы в дом другую женщину, не порвав сначала отношений с ней самой, — он слишком ценил благопристойность и порядочность, и это больше всего ей в нем нравилось.

Протянув чуть дрожавшую руку, Бриана позвонила. Когда отклика не последовало, она вздохнула с облегчением — пронзительным облегчением, потому что поняла: она все равно не смогла бы пройти через это. Розыгрыш самого низкого пошиба — неожиданный вечерний визит, соблазнительный наряд… Возможно, к лучшему, что он не отзывается.

Едва она собралась было уйти, как дверь отворилась.

Эван с влажными, едва подсушенными полотенцем волосами явно только что вышел из душа — об этом свидетельствовало полное отсутствие одежды на нем (полотенце на бедрах не в счет). В совершенном изумлении он смотрел на нее. Бриана отвечала ему тем же. Бронзово-загорелое великолепие его лица и мускулатуры почти потрясло ее. Он явился ей самым привлекательным мужчиной, каких она когда-либо видела.

— Бриана? — В его низком голосе звучало приятное удивление: до сих пор она не приходила без предварительного звонка. Он прислонился к косяку, и ленивая улыбка приподняла один из уголков его губ. — Давно мы не виделись.

Завороженная этой улыбкой, она почувствовала какой-то трепет, идея обольщения вдруг перестала казаться ей такой уж нелепой. Ведь он принял условия предложенной ею игры. И, может, она была к этому готова.

— Давно, — пробормотала она. — Слишком давно.

Она прошла за ним в дом, скинула пальто и повернулась, пристально разглядывая красивое лицо и отчего-то затаив дыхание. Чувственный импульс, посланный им, оказался куда мощнее, чем она могла надеяться. А ведь они еще даже не коснулись друг друга!