Кейт пристально посмотрела на мрачного Холмса. Очевидно, он был расстроен распоряжением хозяина. Прекрасно! Пусть подавится.

Бормоча что-то себе под нос, он раскрыл двустворчатые двери в спальню хозяина и еще раз сурово взглянул на Кейт, которая понимала, что Холмс пытается запугать ее.

Черта с два!

Увлеченная своими мыслями, она не слышала, как он повторил:

– Ты поняла?

– Да, – ответила она, минуя его и входя в комнату, слишком раздраженная, чтобы оценить окружающую обстановку. Затем, повернувшись к дворецкому, добавила: – Я поняла, что ты напыщенный, тупой болван, назойливый, как прыщ на заднице, и мне ужасно хочется послать тебя куда-нибудь подальше. А сейчас, если ты не возражаешь, черт возьми, я должна приготовиться к обеду.

С удовлетворенной улыбкой Кейт захлопнула двери перед его носом, довольная произведенным шумом. Девушка услышала, как он проворчал по ту сторону, что ей дается пять минут, после чего он придет за ней.

– Да, да, да. – Она махнула рукой и повернулась, впервые обратив внимание на обстановку в спальне хозяина. – Пресвятая Дева, – благоговейно прошептала она, крестясь.

Кейт всегда считала, что обладает довольно развитым воображением, но даже в самых необузданных мечтах не могла представить такого великолепия, как спальня его светлости.

Она была необычайно просторной, отделанной темными панелями. На высоких окнах красовались пурпурные бархатные портьеры с золотистыми кисточками. Массивная кровать с балдахином была также выдержана в темно-красных тонах, как и шезлонг и кресло с подголовником. Одну из стен от пола до потолка занимали книжные полки, а в противоположном конце размещался камин, в котором пылал огонь.

Приблизившись к книжным полкам, Кейт провела пальцем по гладким кожаным переплетам томов, двигаясь вдоль рядов книг и разглядывая заглавия, которые были недоступны ее пониманию, потому что она не умела читать.