– Стерва, – бросил Майлз настолько безразлично, насколько позволяла закипавшая в нем злость. – Коли уж на то пошло, горшку перед котлом нечем хвалиться. Оба черны, не так ли?

Не сказав больше ни слова, Майлз повернулся спиной к Эмили и зашагал по галерее к массивным дверям, едва ли слыша собственные шаги, эхом отлетающие от стен и мраморного пола.

Служанка собралась было открыть перед ним дверь, но достигнув входа раньше перепуганной девушки, Майлз распахнул дверь с такой силой, что она с грохотом ударилась о стену.

На улице было холодно. Он с трудом припомнил, что забыл забрать плащ, но он скорее замерзнет, чем вернется.

Майлз не мог поверить, что оказался настолько глуп и наивен, что подумал, будто эта хорошенькая маленькая мегера действительно хочет его видеть, особенно после того, как их бурные отношения закончились коротенькой запиской: «Я, должно быть, сошла с ума, связавшись с таким, как ты!» А он, наверное, окончательно спятил, если явился сюда, хотя, впрочем, это и не удивительно. Уединенность Йоркширских пустошей может привести любого нормального теплокровного мужчину на грань отчаяния.

Опустив голову, он шел по кирпичному тротуару. Глаза его увлажнились от холода и тумана, мысли буквально жгли мозг.

Черт бы побрал его брата Дэмиена. Без сомнения, любезный граф Уорвик сыграл далеко не последнюю роль в этом возмутительном спектакле. Как только Дейм мог подумать, что он падет настолько низко, чтобы даже помыслить о женитьбе на какой-то развратной старой деве! Которая к тому же родила ребенка, не имея мужа, плясала с цыганами и с ног до головы покрыта татуировками!

Фигура в плаще с накинутым на голову капюшоном возникла так внезапно, что Майлз успел лишь слегка повернуться на каблуках, надеясь избежать столкновения. Но они все равно столкнулись. Женщина отскочила от него, попятилась назад и, заскользив подошвами по обледенелому тротуару, с легким вскриком приземлилась на зад.