Бабушка Кэсси защищала Оливера.

— Он растет, — говорила она. — Каждый мужчина проходит через это.

Однажды Кэсси задалась вопросом, правильным ли было их юношеское решение пожениться. Когда она поделилась своими сомнениями с женихом, Оливер принялся убеждать ее, что им суждено быть вместе…

— Эй, — позвал бармен. — Опять грустная?

И затем он нежно прикоснулся к ее щеке. Кэсси посмотрела на него, пытаясь прочитать что-нибудь в его глазах. Все еще глядя на девушку, он провел рукой вниз по ее щеке. Прошло много времени с тех пор, как мужчина прикасался к ней вот так, и этой близости было достаточно, чтобы ее нервы окончательно сдали. Нет, подумала Кэсси. Я не могу позволить себе расплакаться. Не сейчас.

— Он дурак, — сказал бармен, очевидно заметив слезы на ее ресницах. — Вы заслуживаете большего.

— Вы даже меня не знаете.

— Я сейчас здесь с вами, — возразил он. — И это все, что имеет значение.

Мужчина убрал руку, но продолжал нежно смотреть на девушку.

Как можно быть грустной, когда очаровательный принц стоит перед ней? Грустить она будет завтра, когда вернется к своей тыкве.

— Итак, — весело начала Кэсси, — что обычно ваш повар готовит на ужин?

Бармен пожал плечами и открыл холодильник. Внутри обнаружились две миски со спагетти, вкусное на вид жареное мясо и печеный картофель.

— То, что я могу быстро разогреть.

— По-моему, мы начинаем наглеть, — сказала Кэсси. — Вы уверены, что владелец не будет против? Я просто не хочу, чтобы у вас были неприятности.

Он подался вперед:

— Хозяин яхты не такой зверь, как вы можете подумать.

Когда все было готово, бармен сервировал стол, как профессиональный официант.

— У вас явно есть опыт, — заметила Кэсси, кивая на стол.