Господи, как же больно.

И долго еще он будет страдать? Наверное, не один месяц. Если не годы.

Вечно?

Коннор подошел к своей машине, одной из немногих, что оставались на извилистой подъездной дороге. Нащупал в кармане ключи, но уронил связку на гравий; все плыло у него перед глазами.

Черт возьми, неужели он плачет? Он не плакал ни разу с тех пор, как… Он уже и не помнил.

Нужно бежать отсюда. Завтра. Наверное, надо передохнуть несколько часов и выехать на рассвете. Когда Лорел еще не встретит своих друзей-яхтсменов.

Коннор погрузился в раздумья и не услышал приближающихся шагов. Очнулся он только тогда, когда Лорел остановилась в нескольких шагах от него.

— Коннор… подожди, — чуть слышно проговорила она, задыхаясь, Он шагнул навстречу и машинально развел руки. Его ладони легли на ее тонкую талию. Она оказалась в его объятиях, положила руки на его широкую грудь и, переводя дух, на мгновение наклонила голову; ее макушка оказалась как раз под подбородком Коннора. Его щека потерлась о ее шелковые волосы, и она опять вскинула голову.

— Лорел, что случилось?

— Как хорошо, что я тебя догнала! — Она все еще тяжело дышала после быстрого бега, и Коннор почувствовал, что ему тоже не хватает воздуха. Коннор, нельзя, чтобы ты просто так ушел.

Это похоже на… конец.

Он кивнул. В объяснениях не было необходимости.

— Наверное, нам нужно поговорить. Может, прогуляемся вдоль берега?

— Но завтра я занята. Эта идиотская поездка с будущими родичами Филиппа, — напомнила ему Лорел.

— Нет, не завтра. Сегодня. — Коннор положил ладони ей на плечи. — Прямо сейчас.

Она взглянула на него, и на ее прекрасном лице отразилась целая гамма чувств: предвкушение, желание, колебание, вина. Ее небесно-голубые глаза вглядывались в него. Господи, только бы она не догадалась, что он плакал.

Наконец Лорел кивнула.