Через несколько секунд они опустились на песок. Их поцелуи становились все более отчаянными и страстными. Сильной рукой Коннор поддерживал голову Лорел, а вторая рука ласкала ее бедро. Губы его соскользнули с ее губ и двинулись ниже, вдоль шеи, к глубокому вырезу платья. Пальцем и языком он поддразнил ее чувствительную кожу, а вскоре расстегнул молнию, стянул платье вниз, и ее груди открылись для его жадных ласк.

Он почувствовал, что пальцы Лорел зарылись в его густые волосы. Она стонала и двигалась под ним, разжигая его прикосновениями губ. Несомненно, она знает, до какой степени он готов, до какой степени ему требуется слиться с ней воедино. Он сделал глубокий, прерывающийся вдох и поднял голову, чтобы взглянуть на нее. Ее глаза были полузакрыты, красивое лицо раскраснелось, роскошные волосы рассыпались и походили на золотой нимб.

— Лорел, дорогая, — прошептал Коннор, быстро поцеловал ее и судорожно сглотнул. — Если хочешь, чтобы я остановился, самое время об этом сказать.

Она сжала его лицо в прохладных и мягких ладонях и глубоко заглянула ему в глаза.

— Коннор, ты мне нужен. Я хочу любить тебя.

Пожалуйста.

Когда смысл этих слов проник в воспаленный мозг Коннора, сердце его бешено забилось. Ее сумасшедшие ласки разожгли в нем пламя, которое едва не вырывалось наружу. Он попытался преодолеть инстинктивный порыв, призывавший его со следующим же вздохом войти в ее тело, попытался утишить себя. Но его пальцы уже бессознательно расстегивали пуговицы на рубашке.

Коннора била дрожь. Он отодвинулся и прилег на песок. Лорел теперь исследовала губами его плоский живот; ее руки гладили его грудь, потом опустились к бедрам. Ее пальцы расстегнули ремень и стянули вниз верхнюю часть брюк. После этого ее рука скользнула к нему в трусы, ласково сжала его твердую плоть и начала гладить ее, пока он не закричал от непереносимого блаженства.

Почувствовав, что не в силах дольше противиться этим манящим ласкам, Коннор снова лег на Лорел. Его рука скользнула под платье, коснувшись гладкой, стройной ноги; Кончики его пальцев дотронулись до кружевной оторочки трусиков, проникли под ткань и погрузились в теплый бархат ее кожи. Он уже знал, что она более чем готова встретить его. Но ему хотелось, чтобы ее удовольствие было совершенным.